Слева у окна, беспомощный по твоем уходе,
Глядя, как небольшое пространство между нами удлиняется,
Я замечаю беспечный шаг, который я когда-то желал,
Бедра покачиваются, в голове по-прежнему отсутствует уверенность,
Руки довольно скованны, плечи натянуты высоко —
Странная регалия озадаченной души
Которая выиграла мне тебя семь лет назад.
Я вижу, как мне не удалось освободиться,
То освобождение — не часть любви.
Я наблюдал, как твои плечи с нежностью прогинаются
Над голодом нашего грудного ребенка;
Нет ничего столь же мягкого, что я чувствовал, как твои нагие руки
Вдоль моей спины в полночь или на рассвете;
Твоя голова часто валилась назад со смехом
На шее, податливой и безнервной. И все же сейчас
Когда расстояние вклинивается, ты завершаешь
Твою одинокую историю, и я знаю
Это не только расстояние — потеря меня,
Моего прикосновения, нашего ребенка — этот старый стиль служит поводом.
Я более интимно выучил, что это поражение
Лежать на твоем мягком пузике, присоединенному
По-прежнему в колготках, и у груди, потному.
Не осмеливаясь поднять мое лицо от твоих беременных волос
Чтобы найти твои глаза широко открытыми, внимательно оглядывающими
Безраздельное пространство, где начинаются все вопросы.
-
Свежие записи
- Закрыл глаза и думает об Англии
- Глотает «Камешек» крутого пирожка
- Ronnie Be Young
- Троечка простых немолодых pебят
- Очевидно, его услаждали не столько предлежащие действа, сколько предвкушение предстоящих брючных наслаждений (ц) А.П. Чехов
- Вы чево, в «На туре» ?
- Музыкин! Немедленно повесь занавески и вернись в институт
- Он извивается, с трудом обретая вновь свой советский шрам, и мичман прощает его