«Мик, мой ночной мотылек…»

Рок-н-ролл давно является частью истории бренда Сен-Лоран: кажется, еще с тех пор, как Бьянка Джаггер одела свой полу-смокинг от Ива на свадьбе с Миком в 1971-м. В 2013-м этот дом мод, прошедший через ребрендинг, возродил свои роковые корни в новой серии под названием «Музыкальный проект Сен-Лорана» с участием иконических музыкантов (Ким Гордон, Кортни Лав, Чак Берри, Би-Би Кинг и пр.), обрамивших себя в изделия  от него. Ранее на этой неделе, дом Сен-Лоран анонсировал последнюю новую добивку к своей серии: красотку 60-х Марианн Фейфулл.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Когда мы впервые взяли интервью у Марианны весной 1974-го, то британская актриса и певица проходила через особенно неспокойный период. После расставания с Миком Джаггером, с которым у ней были печально знаменитые отношения длиною в 4 года, в 1970-м, Фейтфулл прекратила быть «функционирующей» наркоманкой и провела 2 года в качестве бездомной бродяжки на улицах Лондона. Она потеряла родительские права над своим сыном и пыталась покончить с собой. Но в 1974-м показалось было, что наступил некий просвет: Фейтфулл вернулась на сцену и в студию, а также обручилась со своим старым другом Оливером Маскером. И тем не менее, этот период передышки был недолгим. Фейтфулл так и не вышла замуж за Маскера, при этом вернувшись к героину.

Теперь, когда наркозависимость уже далеко от неё, Фейтфулл давно заняла свое место в поп-культуре как хрипатая полуджазовая певица: икона прошлого, у которой было неплохое будущее. Итак…

Марианн Фейтфулл – поп-идол 60-х, первая публичная любовь Мика Джаггера, арестованная за употребление наркотиков и вразуммленная, а теперь – еще и возвращающаяся на британскую сцену. Марианн говорит с «Интервью» в Лондоне во время пафосного обеда, приготовленного Полайн Фордэм — топовым дизайнером 60-х.

- Ты реально Верная (англ. перевод Faithfull) ?

- Да, мой отец – профессор Роберт Фейтфулл.

- А она у нас – мисс Безверие!

- Вот почему Эндрю Олдэм выпукстил ту пластинку, даже не озаботивишись тем, а могу ли я вообще петь: когда Джон Данбар сказал ему, как меня зовут, то Эндрю воскликнул: «О Боже! Это же коммерческая марка, у ней коммерческое лицо, и эта фамилия… давайте запишем диск!»

- Где же он разыскал тебя ?

- На вечеринке. Моей первой работой было пение на сцене «Хаммерсмит Одеон». Это было 10 лет назад, но я не могу припомнить, с кем именно я выступала. Я была типо анти-завершением 2-х часовой рок-н-ролльной программы. Семнадцатилетняя в белом платьице… Это было впервые, когда меня одарила аплодисментами. Как чуднó – этот шум в ушах ! Тогда-то я и поняла, что я хочу делать в этой жизни – просто срывать  аплодисменты до конца своих дней.

- И тогда ты бросила школу ?

- Ну… понимаешь, первой целью было вырваться из твоего родного городка, а второй – это собраться и нагрянуть в столицу. Самое ужасное в этом плане – то, когда ты думаешь, будто что-то из себя представляешь. А на самом деле важно то, что ты делаешь.

- Если тебе теперь это все равно, то почему оно должно быть важным вообще ?

- Это чуть-чуть нужно моим друзьям; им не хочется, чтобы я умерла или стала дурочкой.

- Мы видели, как ты возвращаешься к нам из огромной пустыни…

- Именно так. Вплоть до недавнего времени люди хорошо относились ко мне, потому что им казалось, что в последние годы мне пришлось довольно туго. Джон Данбар и я вращались в этой лондонской вечериночной обстановке; вся эта шайка аристократов, которые живут этими вечеринками. Им всегда кажется, что они должны поддерживать этот богемный элемент:  один скучный толкач, одна скучная поп-звезда, и кто-то вроде художника, типа Джона Данбара.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

- Почему ты считаешь, что тебя снова включат в этот мир ?

-  Я непуганая актриса. Но я больше не выхожу в свет. Я просто устаю от того, что профессионально занимаюсь развлечением публики день и ночь. Я думаю, что единственная причина пойти на вечеринку – это  склеить клевого чувака. Когда у тебя есть постоянный бойфренд, то это немного «не то». Потому что в любой вечеринке самый смак – это флирт со всеми подряд. А я люблю флиртовать.

- Почему ты больше не записываешь пластинки ?

- Я собираюсь записать альбома в этом году.

- Что по поводу Мика – где ты познакомилась с ним ?

- Я познакомилась с ним задолго до того, как стала с ним встречаться. Мик реально не был тусовщиком. Мне было 19. Я не рассчитывала на то, что влюблюсь.

- Какой эффект он оставил на твою карьеру ?

- Ну…. Это всегда хорошая мысль – заполучить себе знаменитого, богатого и клевого молодого человека. Это – один из самых известных методов построения твоей карьеры.

-  И вас обоих арестовывали, не так ли ?

- Именно это и изменило отношение публики. Мне всегда казалось, что когда тебя «вяжут» — то в этом есть некая честь. Причина, по которой нас арестовали, была в том, что «Ньюс оф зе Уорлд» начали кампанию в духе, будто Мик и Кит –  это важные фигуры молодежного мира, и что они что-то там значат для него. Редактор «Таймс» написал письмо, которое сдвинуло всю эту штуку, потому что он указал публике на то, чтó на самом деле «Роллинг Стоунз» употребляли или употребляют – это совсем не важно. Классная штука по поводу нас всех – это то, что мы делаем то, что не носит характер общественной важности.  Мы не делаем ничего такого уж нужного: мы проводим нашу жизнь в ненужных занятиях. Вот это – очень интересно в плане нас; мы не помпезные. Мы никогда не сделаем ничего настолько плохого, что это сможет изменить этот мир. Мы несерьезные, мы – бабочки, мотыльки. Мы живем одним днем.

- И чем все это завершилось ?

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

- (тихим голосом) Я ушла от него. Я пыталась уйти от него несколько раз, но ему всегда удавалось меня вернуть. Он вернул меня, когда написал ту песню – «Дикие лошади»… и какая бы девушка не устояла перед этим ? Определенно не я, чувак. Но когда ты расстаешься с кем-то, то это не обязательно значит, что ты больше не любишь его; ты просто понимаешь, что период самогó романа подошел к концу.  Кому-то обязательно необходимо покинуть арену действий, не дожидаясь того, когда его оттуда выпихнут насильно.

-  Ты выбрала сцену в качестве предпочтения киносъемкам ?

- Смею предположить, что да. Не знаю, почему. Это  немного устаревшая вещь. Я хочу сниматься, но также и заниматься чем-то, что у меня получается хорошо. Я не хочу сниматься в кино до тех пор, пока я не стану готовой к этому.

- Какое будущее ты рисуешь для себя ?

- Хорошую работу и очень элегантную жизнь. Я верю в то, что в жизни ты получаешь именно то, что хочешь сам. Если проанализировать все свои неудачные периоды, то ты всегда потом понимаешь, что ты сам этого хотел… Мне нравится моя работа, но моя жизнь  — это всегда важнее неё. Я всегда хотела жить красиво, и единственный способ делать это – шоу-бизнес.

Почти одновременно с этим интервью Марианне досталась главная роль в «Коллекционере»,а еще она объявила о том, что выходит замуж за своего давнего друга Оливера Маскера. Их фотографии украсили первые страницы многих  национальных газет, что наверняка не пришлось по душе привлекательному мистеру Маскеру, который ненавидит пиар. Я немедленно позвонила Марианне.

- Я вижу, что ты решила выйти замуж за Оливера. Можно ли цитатку для нашего журнала ?

- Запросто. Мне всегда необходимо быть в состоянии любить еще кого-то, кроме себя и театра, и поэтому я решила полюбить Оливера. Он этого стоит. Формальные поздравления по случаю их свадьбы в мае, и будем надеяться, что мистер Маскер останется Верным.

В итоге статья вышла в номере  «Интервью» за июль 1974.

Добавить комментарий