Кит Ричардс: «Я не старик»

Журнал «Billboard», октябрь 2015

Подкрепленный полуденным коктейлем из “Campari” и соды с двойной порцией водки, Кит Ричардс прямехонько ныряет в тему, которую он изучил персонально настолько глубоко, как никто: наркотики и около-смертельный опыт.

Прошло 35 лет с тех пор, как Ричардс бросил героин, который сделал его иконическим рок-н-ролльным отбросом 70-х – спустя годы он урезал свое употребление кокаина – но у него есть определенные слабости, от которых он не откажется. «Йе, я люблю свою траву, — говорит 71-летний «Роллинг Стоун», сидящий на ланче одним четвергом в пустой задней комнате в “Il Cantinori” на Гринич-виллидж Манхэттена. Он обряжен в свой привычный шарфик на голове, темный пиджак и сорочку, не застегнутую до пупа. «Люблю свою травку. Беззастенчиво — фан. Кусок хорошего гашиша сейчас и снова. Но с другой стороны…»

Он на момент теряется в ностальгических грезах, но потом воссоединяется с настоящим. «Знаешь, состояние хороших наркотиков ухудшилось. В 60-х и 70-х у тебя были барбитураты, которые были классными снотворными.  И кваальюды. Эти наркотики были типо простыми. Ты глотал их, ты ссал ими. Но эти новые, ксанакс ? Я здесь не с этим. Но я по-прежнему принимаю дилантин» — противосудорожный препарат – «после удара по голове».

Ах да, этот удар по голове…  Это должно быть, было одно из более невинных столкновений Ричардса со смертью. Будучи на отдыхе на Фиджи в 2006-м, он упал с дерева, зстолкнувшись по пути вниз с веткой. Пару дней он чувствовал себя нормально, но потом был вынужденно эвакуирован на Новую Зеландию ради  операции не на жизнь,а на смерть. Как и в любой другой его истории, очень трудно отделить правду от реальности – реально ли он упал с дерева ? Что он на нем делал ? Насколько опасной была травма ?

Как будто читая мои мысли, Ричардс отодвигает свою бандану со лба, берет мои пальцы в свои руки и проводит ими по шокирующее глубокой канавке прямо над линией своих волос.

«Вау», — говорю я.

«Ага» — отвечает он с гордостью.

Вот почему люди любят Кита Ричардса. Потому что в отличии от своего давнего друга, сотрудника и  антагониста Мика Джаггера – «контрольного урода», говорит Ричардс, — «Он  упомянул эту фразу мне сам», — Ричардс – это «Роллинг Стоун», который пригласит постороннего человека пощупать шрам на его голове. Потому что даже несмотря на то, что  полвека он – человек с мировой известностью, под его маской преступника скрывается  на удивление беззащитная и эксцентричная личность. Разговаривая, он делает дикие жесты и издает забавные звуковые эффекты, откалывает шутки, изображает кого-то, смеется по крайней мере 10-ю разными способами, в том числе шмыгая, ржа и конспиративно кудахча,  и при этом еще как-то умудряется выказывать всё время хорошие английские манеры.

Ричардс – не просто один из величайших композиторов и гитаристов в истории рока – он стал ролевой моделью для особого стиля в почтенном возрасте. Его бестселлер, замечательно искренняя автобиография «Жизнь» (2010), предварила креативные сюрпризы этой осени: живой и неприкрашенный сольный альбом под названием “Crosseyed Heart”, его третий (и первый с 1992-го), а также закулисный документал для Netflix, оба выходящие в свет 18 сентября. В то же время он только что приехал из пробега по 15-ти городам Северной Америки вместе со “Stones”, где он играл с еще большей мощью, чем когда-либо. «По правде сказать, — говорит он, — я думаю, что в данный момент “The Rolling Stones” – в наилучшей форме».

Вдали от рок-н-ролла, говорит Ричардс, его жизнь «достаточно оседлая. В основном всё приходит ко мне само». Он состоит в браке почти 32 года с моделью Патти Хансен, и они живут в Вестоне, Коннектикут, в 90 минутах езды от Нью-Йорка. Они переехали туда из города сразу после рождения их дочерей, Александры (29) и Теодоры (30), которые также обе работали моделями. (У Кита есть также двое старших детей – Марлон и Анджела, от Аниты Палленберг, и 5 внуков в возрасте от 2 до 19 лет). Он  отказывается практически от любых технологий – «Никогда не был телефонным парнем; единственный номер, который я когда-либо знал – это 911» — и редко ходит на концерт или  в кино. «Мой взгляд всегда лежит на надписи «Выход», — говорит он. Ты просто ждешь, когда кто-то завопит: «Это он!» И тебе приходится убегать».

Разговор с Ричардсом за короткое время обнимает самые разные области. Нет почти ни одного предмета, по которому он не имел бы свою точку зрения. Например:

Дональд Трамп: «Я правда нахожу его освежающим. Он перестал гнать пургу и в итоге… Ну, можете ли вы представить себе президента Трампа  ? Самый жуткий кошмар. Но мы не можем так говорить. Потому что это может случиться. Это – одно из чудес в этой стране. Кто бы мог подумать, что президентом станет Рональд Рейган ?»

Расовые отношения в Америке: «Я не думаю, что можно вылечиться от расизма с помощью росчерка пера. Или даже со сменой поколения или двух. Это должно прийти органично, реально. Все, что я знаю, это то, что мне бывало гораздо веселее с чернокожими людьми, нежели с белыми».

Огнестрельное оружие: «Мне нравится хорошая пушка. У меня есть дробовик и милая маленькая антикварная штучка, которую подарил мне Дон Уоз. Но я не храню их в окрытую в доме, потому что вокруг все время бегают дети и внуки».

«Кажется, что Киту всегда комфортабельно в собственной шкуре», — говорит Уоз. – Я отношу это к тому факту, что он – изрядно испытанный жизнью чувак, и  этот возраст с опытом подарили ему мудрую, дзеновскую перспективу».

Ричардс говорит, что он любит читать -  последним его любимцем был “Look Who’s Back”, комический роман о том, как Гитлер возвращается к жизни в наши дни. И хотя он делает скидку на Флоренс Уэлч (чью фамилию он  избегает произносить во время ланча) и Эда Ширана (который открывал “Stones” в прошлом июне), он терпеть не может большую часть современной музыки.  Когда я пытаюсь переключить тему на Тейлор Свифт, он останавливает сам себя. «О, я не хочу выглядеть стариком», — говорит он, громко фыркая перед тем, как зайтись в долгом смехе.

 Ричардс определенно оставляет сильные впечатления у своих более молодых соперников. «Он был точно таким, как я и ожидал, — говорит Ширан. – Мне довелось провести с ним час в его гримерке перед моим разогревом со “The Stones” в Канзасе. Он был замечателен. У него там висел рисунок  с Джерри  Ли Льюисом,  который держал стакан с виски и балансировал на микрофоне, и он просто все время говорил о том, что все в его жизни построено на балансе, одновременно врубив на всю катушку Ли «Скрэтча» Перри». Он добавляет: «Мне бы хотелось подражать его долгожительству, но также, наверное, и запомнить из него чего побольше».

Так же разделенные, как и его личная жизнь  от Джаггеровской -  ни он, ни кто-либо из других “Stones” не посетили похороны подруги Мика Л’Рен Скотт после того, как она покончила с собой в 2014-м -  их отношения – это неизбежная часть любого содержательного разговора с Ричардсом.  В день  нашего ланча  прошел уже месяц после их последнего шоу вместе, и с тех пор они не разговаривали. «Послал ему записку на его день рождения (его 72-й, 26 июля) – на 2 дня позже, — говорит Ричардс. — Я сказал: «Я знаю, что ты не хочешь, чтобы тебе об этом напоминали, ха-ха-ха».

Отправил ли он Джаггеру подарок ? «Наверное, послал ему что-то. Это происходит  на автомате. «День рождения Мика: ОК, кейс с вином». О, я очень люблю мужика. Иногда, знаешь, он сам себе усложняет  жизнь. Но с другой стороны… знаешь, я в это не вмешиваюсь. У него есть для этого другие люди».

Ричардс и Джаггер выросли в Дартфорде, безобидном городке в часе езды от Лондона, но не были друзьями до тех пор, пока не стали подростками, когда по воле судьбы они столкнулись друг с другом на платформе электрички. Это был 1961-й. Ричардс посещал школу искусств, Джаггер -  Лондонскую Школу Экономики, и их связала любовь к американскому блюзу. Они знали, чтó они хотят играть, задолго до того, как у них появилось понятие о том, как играть это.

Позиционируя себя как неопрятную, обруганную родителями альтернативу хористам «Битлз», “The Stones” практически изобрели гедонистический рок-н-ролльный стиль жизни. Групиз. Пьянки. Таинственные ранние смерти друзей и  знакомых. Но в то же время, как их слава матерела в 70-е, они нашли взаимоисключающие способы  привыкания к ней – Ричардс вмазался в наркоту, Джаггер – в круг «богатых и знаменитых».

Как-то так они продержались друг за друга до 1985-го, когда Джаггер сделал свой первый сольный альбом, а Ричардс дал выход своим чувствам на публике.  «99% мужского населения западного мира – и далее – отрезали бы себе ногу, чтобы прожить жизнь Мика Джаггера», — сказал он в 1988-м, — А он, видите ли, несчастлив, что он — Мик Джаггер».  Когда в том году Ричардс сделал свой первый сольный альбом “Talk Is Cheap”, Джаггер был разбужен  ото спячки тем фактом, что он – не единственный ценный вклад в “The Rolling Stones”, и их шоу поехало дальше.  И хотя они так и не достигли снова той же способности сочинять вместе новые классические песни, их концерты – это наиболее величественный спектакль, чем когда-либо. С 2012-го, когда они отметили свой 50-ти летний юбилей, они продали билетов более чем на 400 млн. долларов (согласно подсчетам Boxscore).

 Ричардс подчеркнуто стремится игнорировать бизнес группы – он отмахивается от любого разговора о деньгах. Что интересно ему в турах, как он настаивает – это просто шанс продолжать играть. «Тут я как дома, — говорит он о выступлениях перед 50 тысячами зрителей. – То же самое я говорю Ронни: теперь мы заслужили немного мира и покоя».

Когда я спрашиваю его о том, зажгли ли три прощальных шоу “The Grateful Dead” во время уикенда 4 июля, которые собрали невероятных 55 млн. долл,,  его тягу к соперничеству, то ответ , вне всякого сомнения : «Да», но не в коем случае не из-за денег. «”The Grateful Dead” – это где все поняли это неправильно, -  издевается он.  – Просто бабились часами и часами. Джерри Гарсия, скучное дерьмо, мужик. Извини, Джерри».

В 2007-м, когда Ричардс получил аванс в 7 млн. долл. на написание своих мемуаров, никто об этом особо не задумывался – конечно же, ведь Боб Дилан только что написал одну хорошую книжку, но обычно рок-автобиографии получались ленивыми и самоупоительными, так что было проще всего ждать того же и от Ричардса.  Что он вообще там мог вспомнить ?  Он объединился с британским журналистом Джеймсом Фоксом, который настоял на том, чтобы построить книгу вокруг серий длинных, интенсивных интервью. Это оказалось сложнее, чем он ожидал. «Я помню наши первые переговоры. Я сказал: «Кит, у нас будет небольшая проблема, если музыка будет такой громкой, — говорит Фокс. – и он сказал: «Ну… это типо очень плохо».

Когда она вышла в 2010-м, «Жизнь»  была встречена потоком восторгов критиков изо всех кварталов -  получив доступ к его романтической истории, колумнист “The New York Times” Морин Дауд миропомазала Ричардса как «законченного джентльмена» — и была продана тиражом в миллион копий по всем Соединенным Штатам.  Различные нелестные истории о Джаггере, в том числе незабываемая отсылка к его «мелкой письке», прозвучали диссонансом, но Ричардс считает, что он разрядил ситуацию тем, что обратил внимание на еще более неприятные вещи, которые он не включил в книгу.

После публикации «Жизни» близкие к Ричардсу люди заметили, что тот начал круто сдавать обороты. «Он даже упомянул слово «уйти на покой», — говорит продюсер-ударник Стив Джордан, который последние 30 лет работал с Ричардсом над всей его музыкой без “The Stones”, -  что для меня было безумием. Музыканты вроде Кита не прекращают играть, пока они не перестанут дышать».

Джордан знал нечто лучшее, чем попытаться выиграть этот спор у Ричардса. Он выработал способ, как можно было понежнее улестить его, чтобы тот вернулся к работе. Он предложил, чтобы они собирались раз в неделю в Нью-Йорке и играли по нескольку часов, ничего особенно напряженного. Когда это начало получаться хорошо, Джордан предложил: «Дважды в неделю». Потом было и 3 раза. Довольно скоро у них стали выходить новые песни.

«Мысль, которая у меня была: «Это должен быть реальный соло-альбом, много Кита», — говорит Джордан. «Он не обязательно думает типо этого. Ему нравится быть в группе; для него это естественно. Он не прочь отклониться в сторону и позволить кому-нибудь другому принять на себя свет рампы. Но после книги и всего этого, я увидел, что у людей  есть большой интерес к самому Киту».

“Crosseyed Heart” навряд ли привлечет к Ричардсу легионы новых фанов. Да, собственно, это и не планировалось (хотя его лейбл теперь – это супер-горячий “Republic Records”). Одно из давно назревших творческих различий между ним и Джаггером, как говорит сам Ричардс, это то, что Джаггер хочет, чтобы “The Stones” «звучали  так, как он услышал в клубе прошлой ночью», в то время как он хочет нечто более фундаментальное и импровизационное. Когда он со “Stones”, Ричардс предпочитает «приходить без ничего и прошу Чарли задать бит», а потом строить на этом песню.

Вот именно так он делал и здесь вместе с Джорданом, гитаристом Уодди Уохтелом и различными гостями. В каждой песне сохранено чувство первого дубля,  отвязного и неприкрашенного. Есть здесь и версия классики Лид Белли “Goodnight Irene”, а также пригоршня баллад, в том числе одна с Норой Джонс, которая могла бы наделать шума десятилетие тому назад, но  уже не является таковой.

В ближайших планах Ричардса –  отыграть этой осенью несколько небольших концертов с собственной группой, а потом воссоединиться со “Stones” ради триумфального марша по Южной Америке в начале 2016-го, за которым , возможно, последует запись нового альбома “Stones”. Новости с их последней встречи таковы, что Вуд, легендарный алкаш, нанёс последний сокрушительный удар по своей алкогольной зависимости. « У него железная воля, братан», — говорит Ричардс.

Вуд, говорит Ричардс, рассказал ему, что почувствовал внутренний зов очиститься после того, как его арестовали за нападение на свою 21-летнюю подружку в 2009-м. «Ронни внезапно понял – вот это самое он и сказал мне – что он начал превращаться в своего отца, который был типо женобивца, — говорит Ричардс. – И он не захотел прийти к этому. И  я с тех пор говорю Ронни: «Ты потратил все эти деньги на бухло и наркоту, и без них ты точно такой же».

Это почти комично – то, как Ричардс изображает своего кореша Ронни по-прежнему борющимся с тем, чтобы в свои 69 не превратиться в своего отца. Но для Ричардса это – символ веры, мысль о не-старении внутренней жизни, которую разделяет каждый в этом мире. «Когда ты растешь, то этого не остановить, — говорит Ричардс. – Каждый думает, что ты достигаешь определенного возраста, и ты – взрослый, но это неправда. Никто не растет до того самого дня, пока он не крякнет. Потому что для меня это – по-прежнему следующий день, и что мы делаем, и как мы собираемся сделать это».

 

                          Немного статистики:

50 лет “The Stones” отпраздновали  вместе в 2012-м.  Эту дату они отметили 5-ю аншлаговыми шоу со сборами в 38, 7 млн. долл., согласно подсчетам Billboard Boxscore.

$ 362 403 970 – общая выручка от туров с 2013. Группа продала 1,7 млн. билетов на 57 шоу в течении трех туров.

90 000 копий “Sticky Fingers” в старой и новой версиях было продано в США с тех пор, как сет 1971 года был переиздан ранее в этом году, сообщает Nielsen Music.

2,6 миллиона – всего продано альбомов “Stones” с 2010, в том числе 662 тыс. копии заново ремастированных изданий “Sticky Fingers”, “Exile On Main St.” и “Some Girls”.

$ 7,8 млн. – средний сбор  за вечер “Zip Code”, самого последнего тура группы. Ни один из гастролирующих артистов в этом году не заработал больше за каждый сыгранный концерт.

628 733 билетов продано на 14 дат этого тура, который завел “The Stones” в американскую глубинку и многие рынки, в которых они не играли долгие годы – и, возможно, уже никогда не сыграют еще раз.

                             Разбирая папин стиль

Диджей-модель Александра Ричардс, 29, ходила в ботинках своего отца Кита: Мы всегда носили один и тот же размер. Я по-прежнему краду у него кожаные бутсы для своей коллекции», — говорит она. И она знает все истории о его других аксессуарах.

 

1.Бандана 

«Многие годы мой папа носил целый ассортимент бандан: разные цвета, материалы, принты. Некоторые он вырезает из шарфов, которые он насобирал, некоторые – из разных тканей, которые остались  в гардеробе.  Он может повязать себе на голову практически все на свете».

2. Браслет-наручники

«Этот браслет терялся и находился так много раз, что это чудо, что он у него до сих пор есть, — говорит она об аксессуаре, который вдохновил кучу подделок, наводнивших весь интернет. «Это – предмет, который люди сейчас ассоциируют с ним – я думаю о нем как о  мушке Мэрилин Монро».

3. Кольцо с черепом

О предмете, который подарили Ричардсу на день рождения в 1978-м лондонские ювелиры Дэвид Кортс и Билл Хаэкет, она говорит: «Это кольцо старше меня. Когда я росла, мой папа говариал: «Красота – это только кожа». Какое мощное суждение!  Я думаю, что это кольцо всегда напоминает мне об этом».

4.Шарфики

«Я не думаю, что мой папа покидает дом без одного из них, и я определенно унаследовала эту привычку от него». – говорит Александра, которая покупает шарф, где бы она не путешествовала к новым местам. «Это – реально простой способ украсить свой прикид».

Добавить комментарий