Мисс Памела: «Мик — мой бог! Пусть все об этом знают»

 

 

 

 

 

 

 

 

Бульвар Cансет-стрип был хаотичным, разноцветным, полным безумия, и январской ночью мисс Спарки и я, как обычно, грациозно вплыли в «Whisky A Go-Go», чтобы увидеть группу Джона Мэйолла. Золотой 1968-й год только что начался, и мы были преисполнены надежд, ветрены и разодеты в пух и прах. Единственный «живой» блюз, что я к тому времени слышала, приходил на помощь моей душе из гранулированной, величественной глотки Капитана Бифхарта, и я с нетерпением желала послушать версию «подключенной» тоски от британских мальчиков.

Еще учась в старшей школе, Бифхарт водил меня знакомиться с Чарли Уоттсом и Биллом Уайменом в отель «Ambassador», и я с участием слушала унылые мелодии, раздававшиеся из их переносного проигрывателя, покачивая головой под «Молнию» Хопкинса и Мадди Уотерса с таким видом, будто я что-то в них понимаю. Но теперь выпала совсем иная возможность врубиться в блюз, чувак !

Мы бочком продвинулись вперед, по нашему обычаю прилегши на край сцены в полной готовности зажигать. Но настолько, насколь я пыталась сфокусировать внимание на многозначительной тяжести блюза, прирученного мистером Мэйоллом, мое внимание полностью привлек к себе очень юный, взъерошенный, миловидный парнишка, укрощавший свою гитару так, будто она была электрическим драконом. Он едва двигался, и только его проворные пальцы ласкали струны, как будто бы он делал это уже 100 лет кряду.

Но сколько ему лет ?

Я была ошеломлена и убаюкана теми нежностью и трагизмом, что он выуживал из своего инструмента. Я ощущала грусть и оживление, была тронута и умиротворена одновременно. Я испытывала блюз, и ощущала то, чего никогда не ощущала ранее.

На следующий раз я увидела этого до абсурда талантливого подростка пару лет спустя, во время визита к одному из моих любимчиков, Мику Джаггеру. «Стоунз» использовали Лос-Анджелес как пересадочную станцию для своих туров и записей, и мы с мисс Мёрси, счастливые, слушали демки «Let It Bleed» c Миком и Китом, когда этот вундеркинд вплыл в данные процесс.


«Это наш новый гитарист Мик Тейлор», — сказал мистер Джаггер, гордый как индюк, и я едва не прыснула от смеха. Он был робким, тихим и мягкосердечным. Ему едва исполнилось 19.

Мне довелось увидеть мистера Тейлора, играющим в «Стоунз», несколько раз, и всякий раз я изумлялась тем, насколько грамотно он вплетал свою
безутешную блюзовую магию в их общее неряшество и зрелище, придавая этому совершенно элегантные очертания, а также натягивая их до подвижной симметрии, подобно тетиве лука, и привнося идеально правильные штрихи грациозности ко всеобщему грехопадению. Я слышала, что он покинул группу, дабы спастись от ее разгула, но вместо этого столкнулся лоб в лоб с собственными персональными бесами.

Несколько лет назад мне выпала огромная честь увидеть Мика Тейлора, игравшего самого по себе в маленьком клубе в Санта-Монике. Он был настолько
болезненно превосходен, что на следующую ночь я повела свое авто в Санта-Барбару, дабы услышать его снова. Я ощущала, что саунд, выходящий из его души, пробирает меня до мозга костей. После его сета мы посидели вместе, повспоминали и обменялись меланхолическими смешками. Он прошел через многое (это оставило свой след на его лице и руках), но что бы ни ранило его столь сильно, своей невероятной силой оно превратило его в еще лучшего блюзового гитариста. Но Мик Тейлор был одарен свыше великим даром с самого начала… и мне казалось, что талантливый подросток из далекого прошлого уже тогда хранил в своем взгляде черты того 65-ти летнего мэтра, которым он стал теперь, и те звуки, что лились мне в уши из-под его пальцев, раз и навсегда определили его будущее…

Памела Дес Баррес, «Guitar World», ноябрь 2017

Фото из книги «Andee Eye».

Об авторе Nathan

"Я сам из тех, кто спрятался за дверь____ восприятия" (с)
Запись опубликована в рубрике Новости. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий