Джеггер окрашивает это в черное на «Перформанс»

“Mojo”- свидетельство (2018)

Снятый в 1968-м шедевр Дональда Кэммелла «Перформанс» с Миком Джеггером в главной роли экс-рок-звезды Тернера, живущего в Ноттинг-Хилле в изгнании c тусклым освещением. Когда гангстер Чэз Дэвлин в исполнении Джеймса Фокса, на которого открыли охоту, ищет безопасное убежище, то начинается злое, психоделическое схождение в одной точке насилия, морализаторства, сексуальности и зрелища. Новая книга «Перформанс – Создание Шедевра» представляет спустя 50 лет Джеггера, Фокса, второго режиссера Ника Роуга (умершего в прошлом месяце) и других, вспоминающих создание фильма, который достиг сумасшествия.

Интервью: Джэй Гленни

Мик Джеггер: Мне реально не была дана ни одна серьезная мысль о том, каким мне быть в фильме. Дональд был таким энтузиастом и настолько убежден в том, что роль Тернера – это нечто в моих силах, что я и решил попробовать. Мы были молоды, а когда ты молод, то не чувствуешь страха. Было написано множество чепухи по поводу всей псевдо-стороне тех вещей, но это было не более, чем: Дональд придумал роль рок-звезды, а я был его товарищем. Разница была в том, что я знал Дональда очень хорошо. Он не был кем-то, с кем я познакомился на тусовке в  Лос-Анджелесе, небрежно бросающего мне роль в его кинофильме. Мы дружили и верили друг другу.

Дональд Кэммелл, сценарист и режиссёр: «Я был заинтересован в мысли об артисте в конце своего пути. Это мог быть какой угодно артист: художник, писатель, концертный пианист. Но у меня был доступ к самому значимому рок-н-ролльному певцу мира, и я был заинтересован  в «том» мире. А ведь нет такой формы искусства, из которой импульс насилия следовал бы более естественно, чем из рок-музыки. И я был очень заинтересован в том, что в то время происходило с Миком, этот флирт с «Их Сатаничествами»…

Кен Хайман, глава “Warner – Seven Arts”, Великобритания: «Перформанс» шел в ногу со временем, и он подошел к тому, что в те дни обозначалось термином «молодежный рынок». Должен сказать, что я не был настолько уж обольщен сценарием, каким он был изначально. Но мы только что приобрели “Atlantic Records”, и Ахмет Эртеган, который являлся владельцем лейбла, был очень склонен к тому, чтобы подписать контракт с Миком Джеггером и «Роллинг Стоунз» для “Atlantic”.

Мик Джеггер: «Безусловно, я играл самого себя, но это был не реальный «я», потому что я не был вроде как подобной личностью, так что тебе нужно было представить себя становящимся «той» личностью, проживающей «тот» вариант замкнутого образа жизни. Думаю, что у Дональда была эта фантазийная версия того, что, по его мнению, должна была представлять из себя жизнь рок-звезды, когда он пришел (ко мне) с Тернером, но для меня это реально был вопрос о том, чтобы выглядеть и чувствовать себя уверенно, и это проходит сквозь экран».

Сэнди Либерзон, продюсер: «Я видел (Джеймса Фокса) в фильме «Слуги» (1963) и был уверен, что он сможет стать нашим Чэзом. Дональд и я были убеждены, что он сможет трансформироваться в гангстера с Ист-Энда. Кастинг в поисках этого типа обрадовал меня».

Джеймс Фокс -Чэз Дэвлин: «Дональд протянул мне сценарий. Я немедленно был поглощен им… Он увидел во мне нечто, что я не распознал сам: нечто злобное и несущее личину насилия. Более того, я решил, что Дональд относился к насилию в очень большой степени как художник, он мог разложить его на компоненты, реально вклиниваясь в гламур… Думаю, что раз в жизни у тебя появляется шанс помочь кому-то в создании такого персонажа, как Чэз. Мне пришлось трансформировать себя в Чэза, а потом трансформировать непреклонного гангстера в кого-то, подпавшего под чары хиппи-мира… это была большая широта действий, и я бы даже сказал — моя лучшая роль».

Дональд Кэммелл: «Большая часть вдохновения (в плане создания Чэза) была получена от парня по имени Джимми Ивэнс. Он убил нескольких человек и был известен как парень, получавший удовольствие от «светопреставления». Он был персонажем с высоким уровнем адреналина, очень симпатичным; он «так» ходил, он «так» говорил. Он был настоящим Ист-Эндским бандюгой, и я побаивался его».

Билл Марри — Стив: «В этом просто было ощущение реальности. Ты все время выходил на улицу и видел парней, одетых как Джордж Рафт — безупречных, и атмосфера могла меняться с малейшего кондачка. Это ощущение проходит через все те гангстерские сцены в «Перформансе». За большую их часть был ответственен (специалист по шоу-бизнес «подполью»,  кино-консультант)  Дэвид Литвинофф, и конечно же, он повлиял на Дональда».

Джеймс Фокс: «Я брал уроки боксирования и привел свою физическую форму в порядок. Я часами ошивался в спортзале. Просто быть около «тех» парней – это помогло мне «найти» Чэза. Я познакомился с (разбойником Ист-Энда) Ронни, Ронни Крэем. Добавьте к этому прическу и одежду, что я взял поносить, и жить в «той» области, и это было прекрасное ощущение, на самом деле несколько раскрепощающее … большая часть моих исследований для «Перформанс» перенесла меня в мир бокса».

Билл Марри: «Ронни, будучи геем, положил на меня глаз, он хотел все, что двигалось. Хотел ли Ронни меня ? Я был бы огорчен, если нет! Слушай, если у тебя есть выбор: быть товарищем Ронни или Рэгги (Крэя), то ты всегда выбирал бы Ронни. Он был забавным, а еще хорошим компаньоном. Он знал, что я не гей, и это было классно. Да, он был психопатом, но я могу обращаться с психопатами. Как только ты прочитал сценарий, (то было ясно) что у Харри Флауэрса был прототип – Ронни Крэй. «Ронни, я снимаю фильм, и он весь о тебе». «Он опускает меня, сынок ?»  «Нет». «А, тогда ладно, не правда ли».

Стэнли Мидоуз — Роузблум: «Сцены вроде той, когда мы, «парни», выбриваем голову шоферу – в то время это было неким шоком.  (Актер) Джон Стерленд на самом деле согласился, чтобы ему выбрили голову налысо. Я помню, как там был Дэвид Литвинофф, и он настаивал на этом эпизоде. Он был там и знал кучу всего по поводу «того» мира. Дьявольски пугающие штучки, когда ты оглядываешься назад, реально».

Ник Роуг, 2-й режиссер: «Часто насилие в кино – это пантомима, людей застреливают, а они поднимаются. Ты видишь, как их избивают до жути без каких-либо последствий. Я всегда глубоко осознавал огромную ответственность, которая лежит на  съемках, когда кого-то застреливают… в «Перформанс»  я считал, что важно показать весь тот ужас, и как я уже сказал, ярко отметить то, что это более, чем просто  «бум-бум-бум». И да, мы рождены в насилии, мы — творения насилия, и нам надо это понимать. Но тогда я считал, и по-прежнему считаю, что если мы начнем смаковать насилие, то потом – хоп! И мы проиграли».

Мик Джеггер: «Я знал тех всех людей, которыми Дональд себя окружил. Они позиционировали себя как подпольный мир и гангстеров, но я не уверен, что они были ими на самом деле. Ты знаешь, людей вроде Джонни Биндона  (Мур) и Джонни Шэннона (Харри Флауэрс). Для Джонни это было вроде  интеграции в опасность… Заниматься кастингом рядом с этими реальными людьми, или близко к ним, вместо к просто актерам — это привнесло в данное действо аутентичность. Это была в некотором роде «фишка» фильма — оставаться вне слишком привычной актерской игры; естественно, у вас были Джеймс и Анита (Палленберг), которые играли, но это придало «Перформансу» тот нео-реализм, который искал Дональд».

Джеймс Фокс: «Для меня то, что персонажи Мика и Аниты «объединяются» против Чэза — это миф; что это  было увековечено как нечто «против» меня. Анита для меня никогда не была проблемой. То ли Дональд дал ей эти инструкции, то ли нет – я не знаю, но мне всегда казалось, что она прекрасна. Это еще один миф,  которому с течением времени было позволено «вырасти», и я не вижу никаких проблем ни с кем из них, они только добавляют к общей романтике фильма… Мик и я были друзьями. Тем не менее, его персонаж был изолированным, более сложной личностью, чем тот Мик, которого я знал — более циничной. Не думаю, что его роль в “Performance” была оценена по заслугам.

Мик Джаггер: «Думаю, что зная «материал» достаточно хорошо, это помогло избежать в данном случае неких «нервов». Я знал его так же, как и Дональд, как и каждый из нас. Это не собиралось вылиться в огромный голливудский сет с декорациями, что некоторым образом раздражает, когда тебе противостоят этот массивный зеленый экран и огромная кинобригада. Это был мой актерский дебют, но я был с теми людьми, которых знал, и мои действия происходили в маленькой комнатке в доме Лондона. Это было не так уж сложно, на самом-то деле. (Консультант по дизайну) Кристофер Гиббс отлично поработал над интерьерами, и они не ощущались как «декорации».

Сэнди Либерзон: (Ник и Дональд) оба привнесли свои идеи в визуальную сторону фильма, но Ник всегда был «партнером», он был всегда «вторым режиссером». Эти двое  стали, как было сказано,  единственным фокусом в действиях, персонажах, так что это были некие «интимные» отношения. Они стояли вместе во время съемок в декорациях, они общались вместе, они курили вместе, что угодно. Так что на любой взгляд это были невероятно ярко выраженные, личные и радующие отношения.

Мик Джеггер: (по поводу якобы имевшего место аутентичного секса, который Тернер имел с партнершами Фербер и Люси, которых играли Палленберг и Мишель Бретон) «Я остановлюсь на этом слове «мифический» и скажу, что все эти истории вокруг съемок этих сцен в «Перформанс» настолько хороши, что я не собираюсь их отрицать!»

Сэнди Либерзон: (когда порции фильма были уничтожены разработчиками в лаборатории «Хамфриз» в страхе судебного преследования по закону о Непристойных публикациях) Это было одним из наиболее нелепых упражнений, свидетелем которых я когда-либо был. Мы пошли в подвал и они вынули фильм из банок на обычном полу и начали уничтожать принт с молотком и долотом. я Не знаю, почему они использовали долото. Я был в чистых непонятках, ведь мы снимали не порнофильм!

(“Warners”) собирались прекратить финансирование фильма. В нем им не понравилось ничего. Они ненавидели насилие, одарив фильм эпитетами «садистичный» и «секс втроем». Мое видение проблемы было таким: дайте нам закончить фильм, и потом провести перепримерку вещей, а там они смогут решить, хотят ли они выпускать его или нет. Слава Богу, Кен – мудрый человек, и за пределами моего предложения он увидел логику, и так мы продолжили съемки».

Джеймс Фокс: «Изменения в сценарий вносились постоянно, особенно ближе к концу. У меня создалось такое впечатление, что вторая часть фильма, если хотите, всегда оставалась «открытой». Дональд и Ник хотели увидеть, что происходило дома у Тернера. И этот парень творил дела!»

Мик Джеггер: “Memo From Turner” (где он поет перед собравшимися членами банды, одновременно убеждая их раздеться) - это похоже на некое особое видео, предвещавшее MTV. Оно очень умно снято, хотя в то время я не особо понимал, чего в той сцене хотел Дон, где он сказал мне: это было типа в последнюю минуту включено «кусочками» и не являлось изначальной частью сценария. Это была последовательность, которую он добавил позднее».

Стэнли Мидоуз: «Не имею понятия о том, как появилась сцена с раздеванием — просто одна из идей, что подбрасывались в каждодневном процессе. И я просто никоим образом не собирался ее играть. На самом деле, это было вписано в мой контракт: что я не буду показывать гениталии… Дональд пытался продать мне то фуфло Фрэнсиса Бэйкона, но я ничего из этого не взял. Ник снял меня от груди до пупка. Вот до каких пор я дошел».

Сэнди Либерзон: Несмотря на все головные боли, мне казалось, что это очень счастливые съемки. У нас был фильм  в той форме, которую мы хотели. Это была та редактура, которую мы хотели показать в “Warner Brothers”. Тем не менее, «Уорнерз» организовали пред-просмотр «Перформанса» перед ничего не подозревавшей публикой в театре «Гранада», Лос-Анджелес, 20 марта, в пятницу, и мы начали показ в 22.00… Это было нечто! В зале находилось всё высшее руководство «Уорнеров» … по нелепому случаю, они также пригласили главу по классификации в Штатах — доктора Аарона Штерна, который также был психиатром. Это была очень натянутая атмосфера. Публика Санта-Моники не имела ни малейшего понятия о том, что именно ей покажут. Они были немолодые и не-хиповые. Они были среднего возраста, консервативная публика-из-кинотеатра. Это была великая кинематографическая накладка, и она должна войти в книги по истории только по этой причине”.

Николас Роуг: «После показа нас вместе пригласили на корпоратив. Это было самое крайнее место, где мы реально хотели быть. Наверное, его вначале планировалось провести как чествование создателей, но гости от нас просто шарахались. Я помню, что мы обнаружили себя в комнате в компании нас же самих, мы были париями !»

Мик Джеггер: «Им оказалось нелегко понять: слишком много секса, слишком много насилия, это не обещало относиться к массовой публике. То есть, а на что же тогда они надеялись ? … Это был английский арт-фильм с малым бюджетом, и он никогда не собирался стать «Вечером трудного дня» для массового рынка… В отношении ко всему фильму они взяли за основу свою реакцию на насилие, но когда вещи устаканиваются, то ты собираешь себя в кулак и говоришь: «Так-с, а что мы можем сделать ?» Они хотели, чтобы мой персонаж вступил раньше, но эй! – это еще ничего. (После перемонтажа, изданного в 1970-м) Дональд годами твердил о том, как же его фильм «обкорнали».

 Джеймс Фокс: «Вся редактура – это целая история. До определенного момента понять проблему, которая лежала на “Warners” в плане бизнес-решения, можно: они не остановились на том фильме, который, по их мнению, они получили «на выходе», и вопрос общей темы, как я понял, обещал быть сопряжен с трениями. Но лечь на полку на тот отрезок времени — это было неожиданно, если принять во внимание другие фильмы того периода… Я был обескуражен тем, что в процессе редакции они вырезали кое-какие замечательные вещи; особенно была сокращена история Чэза, и по-моему, это было позорно».

Фрэнк Моццола, редактор фильма: «Я знал, что мне придется пробежаться по материалу взад и вперед, и дабы попасть в нужную ноту, кое-что удлинить в структуре. Я мог бы сделать 3,4,5 таких редакций, и все они могли «выстрелить». Это было безупречно. Это было как бит, абстрактный бит, когда все удары работают, невзирая на то, где они вступили. Теперь я  понимаю, что происходило. Там было некий флер поэзии. Там был флер музыки и темпа, визуального темпа, потому что фильм – это визуальный темп. Как мы прониклись тем безумием ? Оно просто раскрывалось по ходу работы. Оно было там для того, чтобы мы обнаружили его, чем-то вроде похода на бриллиантово-золотой рудник или что-то — и вот она, жила. Они хотели, чтобы Мик Джеггер вступил раньше, и нам пришлось отметить для себя то, что у нас было — съемки, которые мы не использовали, а могли бы, чтобы вставить его на экран. Дональд рассказал, что был такой кусочек, где он поливает спреем стены, он красит. Я сказал, а давай попробуем это. Можно было бы сделать с тем фильмом все, что угодно, и это все равно «сработало» бы… Все дело в «атмосфере». Это была поэзия. Это было органично. Это проистекало из самого духа».

Джеймс Фокс: «Когда в 6-м я обратился в христианство, то мой друг Джонни Шэннон спросил меня: «Хочешь,  я разберусь с ними, Джим ?» Я подумал, что это было бы так суперски с его стороны. Он подумал, что я связался с реально «тяжелым» культом, который хотел забрать мои деньги и помутить мой разум… Люди всегда пытаются сделать из моего участия в “Performance” некие выводы: «Джеймс Фокс стал религиозным маньяком и покинул киноиндустрию». Это чушь. Моя жизнь уже направлялась  к моему постижению более значительного религиозного верования».

Николас Роуг: «Когда я, пользуясь случаем, пересматриваю свои фильмы и потом думаю о “Performance”, то я считаю, что секреты его создания лежали между Дональдом и мной, а Дональда с нами нет, но если ты надавишь на меня, то наверное «да» — фраза, что лучше всего суммирует все это, такова: «Так-с, я буду проклят».

Мик Джеггер: «Я всегда говорил, что это неотъемлемо, когда искусство отражает время, в котором мы живем, и думаю, что “Performance” — тому подтверждение. Это не был сценарий из ниоткуда, это было «семейное дело». В плане игры актеров я считаю, что это — мой лучший фильм. Он мрачен и интересен, и реально не устаревает при более пристальном рассмотрении… Очень радует, что он  »долгоиграющ» и вызывает интерес. Мы-то считали, что сняли английский фильм того периода с довольно узкой целевой аудиторией; это очень английский фильм, не так ли ?»

 

Добавить комментарий