Глава 1. Интеллигентный бунтарь

«Брайан Джонс найден мертвым». 3 июля 1969 г. эти слова, набранные большими черными буквами, грозно глядели с газетных биллбордов по Лондону и всему миру, враз отрезвив целое поколение свободолюбивых длинноволосых хиппи, многие из которых сделали этого вызывающего светловолосого «Роллинга» своим идолом. Фигура антиистэблишмента, постоянно преследуемая полицией и недавно изгнанная из группы, которую он сам создал, Брайан был 27-летним молодым человеком, когда он встретил свою смерть той жаркой летней ночью в бассейне у своего дома на ферме Котчфорд в Хартфилде, Сассекс. Его шокирующая смерть стала одной из самых долгоживущих тайн рок-н-ролла – был ли это несчастный случай, непредумышленное или заранее спланированное убийство? Как бы то ни было, музыкальный мир потерял одного из самых одаренных музыкантов. Создавший группу, завоевавшую статус легенды, Брайан был лишен шанса насладиться её успехом в полной мере. Рожденный и выросший в одном из самых консервативных городов Британии, с детства Брайан был ведом задорным и непоседливым духом, и еще в самом начале его жизни было ясно, что он не впишется в привычные рамки жизни. Но он заплатил за это дорогой ценой – Брайан Джонс так и не выдержал этого вызова. Им руководило не желание причинить обиду тем, кто был рядом с ним, а сильнейшее стремление как можно более полно реализовать свои таланты. Но его внутренний мятеж в конце концов изолировал его от людей – он остался пусть не один, но одинок.

Льюис Брайан Хопкин-Джонс родился 28 февраля 1942 года. Он стал первенцем в семье Джонсов. Отец Брайана, Льюис, был родом из Уэльса. Младшая сестра Брайана, Памела, родившаяся через 2 года после него, скончалась от лейкемии в возрасте 2-х лет.  Недолгое время спустя у Брайана появилась сестра Барбара (род. в 1946 г.). Брайан родился чрезвычайно похожим на свою мать – преподавательницу фортепиано Луизу Джонс, от которой он унаследовал светлые волосы и аквамариновые глаза. Брайан, конечно же,  был еще очень мал и не мог помнить, как мать пряталась с ним на руках в местном бомбоубежище во время налетов фашистских бомбардировщиков, которые метили в крупную военную базу Британии в Бристоле. Самые ранние воспоминания его – это, наверное, игры с сестрой и со своей любимой полосатой кошкой по кличке Роллэйдер. Почему он выбрал для неё столь причудливое имя – никто не знает, но еще с детских лет у Брайана был прекрасный контакт с животными. Преданные друг другу, Роллэйдер и Брайан дома всюду появлялись вместе.

Шумный и энергичный, вскоре Брайан вырос в ребенка, который был сам по себе. Как вспоминала его мать, он с самых ранних лет старался вести себя не как все. Это влечение прошло через всю его жизнь и привело его в конце концов к психиатру в 1967-м, когда он признался ему, что мужская униформа пугает его. Вполне вероятно, что индивидуальность Брайана сложилась особым образом в результате того, что в детстве он страдал слабым здоровьем и поэтому нуждался впостоянном внимании родителей. В 4 года он перенес крупозное воспаление легких, что в последующие годы переросло в бронхит и астму, принявшую отчетливый нервный характер в более зрелом возрасте, когда её припадки проходили у Брайана в моменты сильного стресса.

Дом Джонсов имел адрес: Рэйвенсвуд, 335, по Хэтэрли-роуд в Челнеме. Это была традиционная провинциальная постройка с белыми стенами, по одному окну на первом и втором этажах и ромбовидной кладкой из красного кирпича у входной двери. Перед самим домиком был живой островок – лужайка и деревья, — самое подходящее место для детских игр.

Летом, обычно после семейных походов на пляж, Брайан начинал тяжело дышать и кашлять. В такие минуты он отделялся от своих друзей, он садился под деревом, опираясь на него спиной, и просто наблюдал, как они веселятся без него в то время, как он медленно приходил в себя (настоящая сценка из песни “As Tears Go By”). Как вспоминала Луиза, такая вынужденная изоляция сделала его мечтателем.

Брайан рано проявил себя чрезвычайно способным ребенком. Его не нужно было заставлять заниматься познавательной деятельностью. Он любил ходить с родителями на выставки поездов, где над ним возвышались огромные локомотивы и, вернувшись домой, он упражнял свою почти фотографическую память, проводя целые часы за тем, что вырисовывал мельчайшие детали их устройства в своих альбомчиках для рисования. (Его интерес к транспорту позднее выльется в дружбу с Джоном Эпплби.) Именно эта страсть Брайана заставила его отца соорудить для него тот самый деревянный даблдеккер, с которым Брайан играл и в зрелые годы, когда приезжал домой.

Вместе с тем некоторые игры Брайана были очень странными. Так, он любил инсценировать крушения, причем очень живописно. Как вспоминает музыкант Фил Кент: «Рискуя бытьзастигнутым отцом, Брайан брал сушильную доску, хватал пригорошнями первое, что попадалось ему под руку – обычно это были самодельные модельки самолетов — и имитировал катастрофы. Спустя мгновение он  с помощью нескольких спичек поджигал их. За несколько запретных секунд, когда это пламя горело, перед нашими глазами разворачивалась настоящая игрушечная драма».

Когда Брайану исполнилось 6 лет, Луиза наняла ему первую учительницу по музыке – Грейс Стоун, которая начала преподавать ему игру на фортепиано. Сама Луиза учила сына сольфеджио. От пианино он вскоре перешел к блокфлейте, а от неё – к кларнету, но учителя у него, впрочем,  долго не задерживались. Успехи Брайана в занятиях музыкой были настолько ощутимыми, что его отец начал подумывать о том, не светит ли его сыну карьера классического музыканта.

В 1947-м гду Брайан поступил в начальную платную частную школу “Dean Close Junior”, где он делал успехи в музыке и в родном языке. В первом классе ему было дано задание каждую неделю писать небольшое сочинение. Брайан придумал космическую историю с продолжением и каждую неделю сочинял новую главу. Это так понравилось его учителю, что он с нетерпением ждал каждого нового продолжения. По окончании этой школы Брайан поступил в престижную Челтнемскую среднюю школу. Хотя Брайан и был хорошим учеником, больше всего ему нравилось слушать на досуге пластинки и радио. Он любил импровизировать, подсвистывая старым джазовым хитам «Когда святые маршируют» или «Прогулка мускусной крысы». « Как оказалось потом, — говорил Льюис Джонс, — если бы Брайан посвящал учебе столько же времени, сколько он отдавал музыке, он был бы превосходным учеником». Ян Стюарт подтверждал его слова: «Брайан блистал в школе. У него были очень, очень хорошие мозги – даже лучше, чем у Мика». Ричард Хэтрелл, друг Брайана по Челтнему,  вспоминал: «Он был бунтарем без причины, но когда приходила пора экзаменов, то он был на высоте».

Вместе с тем Брайан резко протестовал против ношения школьной формы и, по словам его матери, «все время прятал свои школьные шорты и блейзер, так что я в буквальном смысле слова не могла его одеть». Примерно в 9 лет Брайану стало казаться, что он очень некрасив, и хотя он был довольно складным мальчиком, все дело осложняло то, что он носил очки – большие и круглые. Он стеснялся их так же, как и школьной формы, но , к сожалению, без них он т огда просто не мог обойтись.

Гордон Харпер был завучем школы “Dean Close Junior”, и он отлично помнил маленького Джонса: «Брайан был  гибким маленьким мальчиком с очень светлыми волосами и в больших очках – почти как ребенок с рекламы шоколадки “Milky Bar”. В то время еще не было привычки называть учеников простыми именами, и я знал его – как и другие учителя – как Джонс Л.Б.Х. Инициалы помогали нам отличать его от другого Джонса, который учился в том же классе. Впрочем, Брайан был гораздо сильнее его в плане учебы, он был более независим, и у него был своеобразный хитроватый шарм, которым он просто очаровывал наших сотрудниц. Моя жена работала в “Dean Close” экономкой, и Брайан всегда помогал ей раздавать булочки во время утренней переменки — наградой  за это ему были все булочки, которые оставались на подносе лишними. Я преподавал ему английский язык, и считал, что в написании сочинений он изрядно преуспел; эту точку зрения со мной разделял и его предыдущий учитель в подготовительном классе, который заметил за ним эту способность в таком раннем возрасте, как 7 лет».

Брайан учился в “Dean Close” до того момента, пока ему не исполнилось 11 лет, и тогда он блестяще прошел ответственный экзамен, разделяющий детей на менее и более способных. Результатом было его зачисление в престижную среднюю школу “Pate’s Grammar”, которая располагалась в городе в районе Променада, и это весьма обрадовало его родителей. Директором этой школы в 1953 г. был доктор Артур Белл, который описал Брайана как первого ученика, которого он когда-либо знал, которого можно было охарактеризовать как «интеллектуального бунтаря». «Брайан был очень умным мальчиком, — вспоминал он, — но вместе с тем интровертным, погруженным в себя, с бледным лицом, и около него постоянно находился его отец. Брайан был неплохим парнем». Впрочем, с годами характер Брайана развивался все более в пику школьным правилам, и каждодневное егоб унтарство  выливалось в регулярные вызовы «на ковер» к доктору Беллу.

Что касается учебы, то тут у Брайана было все более чем хорошо. Однако у него были проблемы с поведением: так, он никогда не стучался в дверь класса, когда опаздывал, и его классному руководителю потребовалось немало усилий, чтобы отучить Брайана от этой привычки. Его IQ равнялось внушительным 135, но в классе он чувствовал себя явно не в своей тарелке. Его тяга к анархии не могла не поощряться весьма и весьма строгим школьным режимом. Так, против него были дважды приняты дисциплинарные санкции. В первый раз это случилось, когда он выступил против обязательного ношения соломенных шляп летом и прямоугольных шляп с кисточкой зимой («нераскаянным грехом» Брайана было использование своей шляпы в качестве бумеранга, которая в конце концов, как он того и добился, просто развалилась на мелкие кусочки). Во второй раз Брайан стал лидером бунта против старосты класса, и за это его на некоторое время отлучили от учебы. Эта штрафная неделя должна была стать горьким уроком для Джонса Л. Б. Х., но вместо того, чтобы раскаяться, Брайан проводил все время в челтнемском бассейне “Lido” и вернулся в школу как герой из изгнания.

Родители Брайана почувствовали себя очень задетыми этим наказанием Брайана. Отец Брайана явно понимал, что школа была не лучшим средством к образумлению его сына, но его отношения с доктором Беллом от этого только ухудшились. Доктор Белл вспоминает: «Отец Брайана все время вмешивался в учебный процесс без предупреждения с различными жалобами личного характера.  Так, однажды он потребовал, чтобы я заставил его мальчика коротко постричься, чего я, конечно же, сделать не мог. Но с ним всегда было именно так».

Дома родители строго спрашивали с Брайан за жалобы, которые они, в свою очередь, получали из школы, на что Брайан неизменно отвечал невозмутимым тоном: «Они — всего лишь учителя. Они же ничего не делают». Льюису было нечем ответить на это. Между Брайаном и родителями постепенно возник непреодолимый барьер в общении. Брайан понимал, что для того, чтобы войти к ним в доверие, нужно было отринуть в себе все движения своей личности и все свои интересы.

В передаче о Брайане по радио Би-Би-Си «История нашего времени», которая вышла в эфир в 1971 году, Льюис сказал о своем сыне следующие слова: «До определенного момента Брайан был совершенно нормальным, рассудительным маленьким мальчиком, который хорошо себя вел, и который всем нравился. Нравился, думаю, именно потому, что хорошо себя вел. Он учил уроки и был в общем-то образцовым школьником. Но потом, в ранней юности, с ним случилась резкая перемена. В то время он, как я думаю, стал постепенно превращаться в мужчину, и именно тогда он начал показывать пренебрежение к авторитетам. Сейчас это – не редкое явление среди подростков, но в то время было не так…

Сначала, кажется, он просто тихо бунтовал против авторитетов, но этот бунт становился все более явным с течением лет, когда он взрослел. Это был бунт против авторитета родителей, и это, определенно, был бунт против авторитета школы. Он часто спрашивал, почему ему нужно делать только то, что ему говорят, просто потому, что человек, который говорит ему это, старше его ?»

Бунтарство Брайана проявилось даже в его занятиях музыкой: от классики он переметнулся к джазу, который, как вспоминал его отец, «стал для него абсолютной религией». Льюису и Луизе стало казаться, что эту страсть в нем надо пресечь на корню. Но Брайан, который, кстати, к 12 годам самоучкой овладел и игрой на гитаре, прекратил разучивать классические пьесы на пианино и кларнете. Спустя два года он увлекся творчеством Чарли Паркера по прозвищу «Птица» -  самого влиятельного в то время американского джаз-саксофониста. Брайан продал кларнет, который купили екму родители, и на эти деньги приобрел подержанный альт-саксофон. (Профессиональные музыканты знают, что кларнетистам перейти к игре на саксофоне чрезвычайно легко, так как у этих инструментов чрезвычайно много общего – одинаковый способ извлечения и почти идентичная аппликатура.) Предвидя яростное противодействие своим занятиям на саксофоне, Брайан прятался в спальне, где играл за закрытыми дверями.

В общественной жизни Брайана, в отличии от домашней, в то время наступил небольшой просвет, так как он присоединился к местной скиффл-группе. Помимо прочего, он играл в ней на стиральной доске, но его этот инструмент абсолютно не угнетал, так как все ребята в группе в основном также валяли дурака, а не играли настоящую музыку. Позднее, когда Брайан выучился неплохо играть на саксофоне, стиральная доска, конечно же, была заброшена. Группы с его участием выступали перед концертами заезжих джазовых звезд – тромбониста Криса Барбера и Хамфри Литтлтона – признанных лидеров биг-бендов.

Свободолюбивый нрав Брайана имел влияние на его одноклассников. Один из них, Питер Уотсон, вспоминал, как однажды Брайан пришел в класс в футбольных бутсах, которые, по его словам. Были более удобными, чем обычные ботинки, и как он сказал, что» пить обязательное молоко на переменах – это скучно, и он завел моду пить вместо него темный эль». Другой одноклассник Брайана, Колин Дрю, вспоминал, как учитель дал им полкроны (12, 5 пенсов), чтобы они сходили в город и постриглись. Вместо этого они вернулись в школу с десятью пачками сигарет “Woodbine”.

Такие похождения только усугубляли отношения Брайана с учителями. В наши дни, когда буйным цветом цветет детская психотерапия, его бы назвали гиперактивным, посадили бы на специальную диету и отвезли подышать горным воздухом. Но в те времена учителя Брайан был, по выражению доктора Белла, таким настоящим врагом своих учителей, «что дальше некуда!»

Напряженная обстановка в школе дополнялась не менее напряженной обстановкой дома. Чем старше становилась сестра Брайана Барбара, тем больше послушания и внимания к требованиям родителей она проявляла, что заставляло Брайана бунтовать в пику им всем еще больше. К тому же, он не мыслил жизни без некоей «перчинки». Выходом его неуемной энергии мог бы послужить спорт, но Брайан возненавидел его, хотя и занимался им активно в школе – начиная с настольного тенниса и кончая дзюдо и плаванием. Он явно считал занятие физкультурой пустой тратой энергии. Как он сам сказал позднее: «Я просто терпеть не могу командных игр – не знаю, почему, кроме того, что вся эта беготня вокруг без всякой на то причины казалась мне пустой тратой времени. Я уклонялся от них как только можно, и жалею только о том, что мне просто приходилось иногда у частвовать и игратьв них по каким-то случаям. Но что самое забавное – несмотря на мое отношение к спорту, я был неплох в бадминтоне. По крайней мере, в  этом виде спорта было какое-то действие. Но в основном я просто ненавидел, когда мне скучно».

Впрочем, жизнь не давала ему времени скучать. Недалеко от школы Брайана “Pate’s Grammar” располагалась средняя школа для девочек “Gir’s Grammar”, где обучались самые симпатичные девушки Чельнема. Не нужно говорить, что они привлекали неизменное внимание всех учеников старших классов. Брайан был весьма хорош собой, и в школе все время носились слухи, что его шкафчик доверху набит контрацептивами. Он иногда хвастался перед сверстинками своими любовными победами, но ему не все верили.

Дне всем девушкам, впрочем, импонировало непостоянство Брайана. Но не всех это и запугивало. Когда однажды его 14-летняя подружка из “Girl’s Grammar” забеременела, это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Весь Челтнем был шокирован этим известием, и для Льюиса и Луизы Джонс это было катастрофой – как и для родителей самой девушки. Брайан хотел, чтобы подруга сделала аборт, но та настояла на родах. Хотя и мать, и ребенок (сын, которого позднее она отдала в приемную семью) продолжали жить в Челтнеме, она отказалась иметь что-либо общее с Брайаном. Этот скандал отдалил Брайана от его сверстников. «Он не желал продолжать учиться в школе, так как его репутация была испорчена, — вспоминает Линда Лоуренс, мать сына  Брайана, — все настроились против него. На него смотрели сверху вниз, потому что он сделал девушке ребенка, и в школе ему было далее находиться очень неприятно».

Брайана выгнали из школы. Все в Челтнеме – от соседей до совершенно постронних людей — говорили о нем с оттенком ужаса и отвращения. С той поры Брайан начал жизнь, весьма далекую от той, какую его родители для него готовили.

Брайан со своими школьными отметками мог без труда поступить в университет, имея 9 отличных оценок и особые похвалы по химии и физике. Но он не сделал этого. Ставший местным парией, он видел теперь себя знаменитым музыкантом – и присоединился к местному «комбо» “the Ramrods”, игравшему пьесы в стиле Дьюэйна Эдди. Брайан взял дерзкий курс на достижение успеха. Ричард Хэтрелл, позднее ставший хорошим другом Брайана, считает, что Брайан чрезвычайно желал преуспеть в музыке для того, чтобы что-то доказать своему отцу: «Его отец никогда не старался понять, чего же Брайан хотел на самом деле, и поэтому то стремление, с которым Брайан пытался добиться успеха в музыке, переросло у него со временем в одержимость и одновременно составило основу его карьеры. Однажды, после одного концерта в 1962-м, когда «Стоунз» играли бесплатно, Брайан пришел к себе в квартиру и тренировался в игре на гитаре всю ночь, пока в прямом смысле слова не уснул вместе с нею. Он играл на гитаре со всей страстью, которую только можно себе представить. Он хотел быть только лучшим».

Добавить комментарий