Весна по имени Марианна

Журнал “Rave”, начало 1971.

На что это похоже – быть Марианн Фейтфулл ? Всё, что вы читали о ней, очень грустно – она лишается чувств и её помещают в больницу, её брак распадается, в её жизни есть и другие мужчины, но каждая встреча заканчивается расставанием… и после 6-ти беспокойных лет она возвращается к точке отсчета, живя со своей мамой в крохотном коттедже под соломенной крышей, запрятанном где-то среди холмов Беркшира. Теперь у ней есть  щедро дарящий радость 6-ти летний сын Николас, но может ли он собрать по кусочкам её разбитое сердце ? Я пришла, чтобы узнать это.

Баронесса дала мне ясно понять, каким путем добираться, и сказала: «Идите до тех пор, пока не дойдете до коттеджа в виде куклы на чайник». И вот он – с темной, старой соломой, свисающей до окон, с высоким забором и названием на воротах.

Я вошла и постучалась во входную дверь, которая состояла из двух половинок, вроде двери в конюшню. Раздался недовольный собачий лай, и мать Марианн, выглядящая точно так, какой я помнила её, открыла верхнюю половину двери и сказала: «Они вас не съедят», — своим чарующим ломаным акцентом. И вот я вошла.

Марианн сидела в углу у камина. Она почти спряталась в послеполуденном мраке, и половину её лица закрывали волосы. Вместо того, чтобы выглядеть грустной и отрешенной, она была во многом такой же, когда я была с ней в Швейцарии в 1965-м. И это удивило меня. Что она по-прежнему выглядела такой же чувствительной. Я подумала, что она, наверное, долго или бесплодно работала, но в ней не было ни следа от этого.

«Мне так холодно», — сказала она. Она была в местной церкви, помогая репетировать традиционную Рождественскую постановку.

На ней были одеты темно-коричневое вельветовое платье макси, коричневые замшевые туфли, коричневая вязаная кофта и белый миди-вязаный жилет.

Я села напротив неё у пылающего полена и медного чайника, который свисал над старой полкой в камине. Она была так отрешена, что я подумала, скажет ли она вообще еще что-нибудь ?

Я подумала о её первом диске. “As Tears Go By”. Какое пророчество. Ей было 17, ученица местечкового женского пансионата в Ридинге, когда она записала диск «просто шутки ради». Пластинка забралась в чарты, сначала до номера 25, а потом достигнув номера 17. «Мы надеялись, что она поползет вниз, и держали пальцы крестиком. Марианна хотела вернуться в школу и сдать экзамены на аттестат о полном среднем общем образовании. Я помню, как гладила её школьное платье, когда она сказала мне, что «Слёзы» достигли 9-й позиции», — сказала её мама.

Её школа не могла расстаться с ней достаточно быстро, и вот уже Марианн Фейтфулл оказалась наедине со всеми в поп-мире. Так же внезапно.

Я спросила о коттедже.

«Это Генрих VIII», — сказала она.

«Привидения ?»

«Нет. Заемщики». Это мини-народ в современных сказках Мэри Нортон. Марианн всегда любила разные причуды. Её мама такая же.

Я оглянулась и посмотрела на ставни, старый кирпичный пол и картины на стенах. Сара, далматинец, теперь сидела на диване, а две другие собаки, поменьше – на полу.

За свои 24 года Марианн, кажется, переделала великое множество дел и заработала кучу денег, но сейчас она вернулась домой в этот коттедж эпохи Тюдоров. Мама Марианны принесла нам чай с лимоном и имбирные бисквиты, и мы начали говорить о старых фильмах с Гарбо, которые показывали по ТВ, и Марианн сказала, что они наводят на неё грусть… Гарбо, легенда своего времени.

«Почему Марианн всегда привлекала к себе столько внимания ?» — это была баронесса Эриссо.

Я никогда не говорила: «Я хочу быть одна». Я только сказала: «Я хочу, чтобы меня оставили в покое», а это не то же самое. (с) Грета Гарбо

«Кажется, что она не в состоянии сделать ничего, что потом не попало бы в газеты. После всего, конечно же, люди занимаются всеми видами экстраординарных вещей, и потом никто никогда не задумывается о них, кроме соседей. У Марианны всегда была такая широкая публика».

«Это ваш взгляд», — сказала я.

«Я не думаю, что это очень важно, как человек выглядит, — сказала Марианн. – Наиболее важно то, кто он такой и что он делает. Но в этом никогда не убедишь газетчиков!»

"Лучше опоздать, но прийти в полной форме". (с) Мэрилин Монро

Мы решили, что у Мэрилин Монро была такая же проблема. Люди не принимали её такой, какой она была. Её превратили в символ.

Марианн вяло улыбнулась. «Сейчас я – частная персона».

Я спросила её, освободилась ли она от иллюзий после того, что произошло с ней.

«Сейчас я могу посмотреть на это назад, и я отчетливо вижу, что произошло, и что я освободилась от иллюзий, — сказала она. – Но когда я теряла иллюзии, именно этого я и не знала. Я не знала, к чему я прихожу или куда иду. Мне пришлось пройти через многое. Но теперь я сама по себе, и мне так намного лучше».

Собаки снова начали лаять и в переднюю дверь вошел маленький крепенький мальчик. Это был сын Марианн Николас. У него довольно глубокий голос для 5-ти летнего, и он достаточно независим. Он принес мне кучу книг о самолетах и модель “Spitfire” (британский истребитель времен Второй Мировой войны). «Спитфайры» – это его страсть, и он весьма осведомлен в них. Я заметила, что на письменном столе лежат его рисунки. Они походили на самолеты эпохи войны с немцами

«Ты был хорошим пастушком ?» — спросила его бабушка. Он участвовал в местной Рождественской постановке. В деревне

После короткого разговора она сказала: «Сейчас время взрослых, Николас», что значит, что пришло время говорить взрослым, и это не интересно для маленьких мальчиков. Он послушно отошел, и из деревни пришла маленькая девочка, чтобы поиграть с ним.

С Джоном Данбаром, 1965

Последний раз, когда я реально видела Марианн, был в июне 1965-го на торжественном приеме в её лондонской квартире, где она отмечала  свое бракосочетание с Джоном Данбаром. В тот день она была очень счастлива, полна жизненных сил, так отличаясь от этой бледной и исхудавшей девочки сейчас. Сильная личность присутствует здесь, но жизнь отнеслась к ней не совсем по-доброму. Она по-прежнему очень красива, но более тихая и приземленно-мудрая.

Я спросила её о ранних днях, и о случившейся катастрофе в её мире, когда она обнаружила, что в финансовом плане дела были не такими, как она считала.

«Когда ты работаешь очень интенсивно, и обнаруживаешь, что кто-то забрал все твои деньги, это довольно напряжно», — сказала она.

«Не хотела ли ты убить кого-то или убиться самой ?»

«В то время – нет, я очень выносливая».

Наверное, она должна была… её брак распался спустя 18 месяцев, и каждый её мельчайший шажок освещался газетами. Затем последовали её болезнь, потом роман с Миком Джеггером, наркотики и потеря ребенка.

О Мике Джеггере она сказала: «Мик хотел жениться на мне, когда мы впервые влюбились друг в друга. Но я была настолько испугана обязующими к чему-то отношениями после того, как мой первый брак стал такой неприятностью».

В январе 1970-го она жила с кинорежиссером Марио Скифано.

Газетчики не унимались. Они спрашивали её о том, как она себя чувствует,  она сказала им, и они напечатали это. «Я никогда не знала такой любви, как эта, — сказала она тогда. – Англия меня больше не увидит». К концу того месяца она вернулась к Мику.

Теперь она говорит: «Я слишком много болтала. Я была очень доверчивой и говорила с людьми просто нормально, начистоту. Сейчас я уже не такая открытая».

Марианн начала так оптимистично, а тут одна за другой пришли эти бури… Как она справилась с ними ?

«Я просто жила дальше – просто начинала что-нибудь делать. Я думаю, тот способ, с которым я встречала то или иное тогда, был тем же, что и сейчас. Я просто проходила через это, принимала это так, как это было необходимо. Я имею в виду, — сказала она полушутя, — я ни о чем не жалею».

Я поинтересовалась,  не обнаружила ли она, что быть наедине с собой – это очень одиноко ?

«Нет. Я не одинока, когда я сама по себе. У меня есть несколько друзей, и я по-прежнему вижусь с некоторыми из моих одноклассниц. Я по-прежнему люблю то же, что и всегда: музыку и концерты. Я люблю Бетховена, особенно его поздние квартеты и 9-ю Симфонию».

«Прошлым утром у нас был бум», — сказала её мама.

Марианна и её мама, кажется, очень близки. Баронесса Эриссо вежлива, прямодушна и очень проворна Она, вне всякого сомнения – твердыня силы в этом доме.

«По радио все утро был просто нон-стоп Бетховен, — объяснила Марианн. – Это было великолепно».

«Тебе нравится то, что ты поешь ?»

«О да. Сейчас я уже не стану петь то, что мне не нравится, хотя в прошлом было несколько вещей, которые я пела и не любила. Больше всего я люблю петь баллады.

Я провела достаточно много времени за чтением, и я люблю читать, когда сижу с Николасом. Раньше у меня его не было».

«Ему нравится музыка ?»

«Он её обожает».

«С ним все остальное находится в тени самолетов, — сказала Марианн. – У него свой собственный маленький мир».

«А люди – принимают ли они его нормально ?»

«Слава Богу – да, так и есть. Он ходит в детский сад в деревне по соседству, так же как и другие дети. К нему относятся точно так же, как и к любому другому ребенку».

И в их крошечной деревеньке близ Беркшира соседи относятся к Марианн  и её матери точно так же, как и к кому-либо другому.

«Они чудесные», — сказала Марианн. Пауза – потом: «Мы каждый день слушаем “The Archers”(самая длинная в мире мыльная опера на радио Би-Би-Си)». «Они точно как в жизни», — сказала баронесса с австро-венгерскими корнями, которая великолепно говорит по-английски. « Я не знаю, кто пишет их, но он наверняка живет где-то в подобном месте вроде этого. У нас есть это всё. Уолтер Гэйбриэл, паб, дочери, всё, даже в какой-то степени Кэрол Треггоран».

«Но если местные люди хорошо принимают их, то некоторые аутсайдеры – нет. Марианн говорит, что бывают очень недобрые люди. Они пишут жуткие письма, и даже была попытка похитить Николаса. Репортеры просто заявлялись без приглашения и задавали очень личные вопросы. Из-за незваных гостей ей пришлось установить засов на ворота.

День Марианн, если ей не нужно ехать в Лондон на репетицию, очень прост.

«Я встаю и собираю Николаса в садик, и веду его до автобуса в 20 минут девятого. Потом я возвращаюсь, пью чашку кофе, заправляю постель, выгуливаю собак, покупаю что-то в деревенском магазине, и наверное, мне позвонят одна или две подруги».

Она некогда прекрасно выглядела верхом на лошади, но сейчас не катается верхом.

«У меня есть лошадь в Ирландии, но у меня нет денег, чтобы перевести её сюда. Мне понадобилось бы сотен пять фунтов. Это вроде – либо мы, либо лошадь».

«В данный момент это вроде как вне вопросов», — сказала её мама.

Гайд-парк, 5 июля 1969

Когда Ники приезжает домой в 4 часа, то дом полон детей. Это шоколадные бисквиты и «Детский час». Отец Ники приезжает неделю через неделю, и в некоторые недели Ники едет, чтобы повидать своего отца в доме бабушки и дедушки. Все это получается очень хорошо и без проблем, говорит Марианн.

Обычно по вечерам, что Марианн и её мама делают после 19.00, когда Николас спит ?

«Мы телеманьячки, — сказала Марианн. – Мы смотрим все подряд».

«Это жутко расслабляет, — сказала Баронесса. – Мы сидим здесь ( в её спальне, где стоят обычные стулья и черно-белый телевизор), иногда смеемся, а иногда плачем».

В тот вечер Марианн смотрела “Маленьких женщин”(сериал по одноименному роману британской писательницы Луизы Мэй Олкотт, 1832-1888).

Элизабет Марч в аниме-версии "Маленьких Женщин", 1987

«Ничто не оградит меня от моих «Женщинок», — сказала она. Это была та часть, где Бетт умирает (Элизабет Марч, или Бетт – в романе: тихая и послушная 13-летняя девочка. Очень робкая и застенчивая, она с трудом сходится с людьми. Очень любит музыку и мечтает получить новое фортепьяно. Бет совершенно неконфликтна, у неё ровные отношения со всем сестрами. Это страж света, посетивший землю и не принявший на ней ничего, кроме человеческого образа. Бет очень любит мистера Лоренса; старик в свою очередь привязан к ней, точно к родной внучке. Она перенесла тяжелую лихорадку, и здоровье девочки резко ослабло. Во второй книге Бет умирает в 18-летнем возрасте), и Джо (Джозефина Марч, или Джо — вторая по старшинству из сестер Марч, ей 15 лет. Джо — настоящий сорванец в юбке. В отличие от старшей сестры, она не любит балы и девичьи

Вайнона Райдер в роли Джо Марч, 1994

разговоры, они кажутся ей скучными. Джо гораздо интереснее в мужской компании. Она лазает по деревьям, бегает наперегонки с друзьями, катается на коньках, а может даже и подраться. Она очень любит читать и мечтает стать писательницей, у Джо есть тетрадь с рассказами собственного сочинения. Джо честная и порой излишне прямолинейная — она совсем не умеет лукавить и лишена кокетства. Из-за этого многим она кажется грубой, однако других её открытость привлекает. Из сестер Джо более всего привязана к Бет) говорит: « Жизнь – это долгое темное страдание без смысла и без причины», и Марианна сказала: «Здесь я с тобою, девочка».

Она была бы не прочь сама поучаствовать на ТВ ( «Напиши об этом в своей статье») и рассказала мне, что случилось с ней, когда она была в Телецентре в день Би-Би-Си-2.

«Я торопилась в студию, и кто-то, одетый в униформу, которого я приняла за швейцара, открыл для меня дверь. Я даже не поблагодарила его, потому что я невероятно торопилась, и только позднее  я поняла, что это был “Dixon of Dock Green” (сериал о буднях лондонской полиции), Джек Уорнер (исполнитель главной роли, 1895-1981) , я даже в мыслях не имела обидеть его».

О телевидении она говорит: «Мне хотелось бы сыграть в Джейн Остин. «Гордость и предубеждение» — это было бы прекрасно». Она  хотела бы сыграть там Элизабет

Кира Найтли в роли Элизабет Беннет, 2005

Беннет (Главная героиня этого романа. Сюжет сосредоточен на её попытках найти любовь и счастье в рамках ограничений и приличий её общества, в частности, касающихся развития отношений с, казалось бы, гордым и холодным мистером Дарси). В следующие 10 лет она видит себя «работающей актрисой, я надеюсь, по-прежнему самой по себе – наверное, мне нравится быть самой по себе, — сказала она. – Я реально счастлива одна».

«Но ты была одной не всегда».

«Да.  Я была замужем и я жила с Джеггером. Теперь я не живу ни с кем и я не замужем.  Думаю, что я выросла из этого. События в жизни иногда выглядят безрадостными, но они никогда не бывают такими безрадостными, как они выглядят».

Я спросила, за что она цепляется, когда все идет плохо.

«За мою домашнюю жизнь, за себя, свою личность, своё внутреннее бытие. Я научилась тому, что тебе нужно иметь некий внутренний контроль и самообладание. Нельзя быть контролируемым и сохранять самообладание только путем внешних сил».

Ей пришлось научиться верить в себя и в самодисциплину. Я спросила, связано ли это с религией, но она ответила, что нет.

Плачет девушка с автоматом...

«Кажется, что мне присущ излишний переизбыток чувств, — сказала она. – Никто не может ходить и говорить всем подряд, что он такой сверхчувствительный, но я думаю, что я гиперчувствительна, и вот почему меня многие обижают гораздо больше, и с течением времени я всё больше и больше погружаюсь в свою раковину. Для меня это вроде обязаловки – говорить со всеми вами, и я знаю вас».

Марианн считает, что её не принимают. Она сказала: «Сэнди Шоу – не моя подруга. Я не имею в в иду что-то недоброе. Просто у нас нет ничего общего». Она не думает, что другие актеры также принимают её – может быть потому, что она не училась в RADA (Королевская Академия Драматического Искусства) или потому, что газеты так много говорят о её личной жизни. Это делает её необычной.

К этому времени Николас сидел между нами, ел вареное яйцо и салат и огурцов, пил свой “Ribena” (черничный сок) и ждал, когда Марианн начнет читать ему сказку на ночь.

«Мы только что добрались до Ганса Христиана Андерсена, — сказала она. – Мы не были уверены, покажутся ли они ему слишком суровыми или нет. Они по-прежнему вызывают у меня слезы, когда я читаю их».

И она начала читать историю о Диких Лебедях. «Далеко, далеко отсюда…»

 Бетти Хэйл

Добавить комментарий