Брайан Джонс: «Фаны взрослеют вместе с нами»

Газета “New Musical Express”, 4 февраля 1967 г.

Автор: Кит Олтэм

Перевод: Анатолий Лазарев, 2013 г.

 Давайте рассмотрим этот уникальный феномен – публичный образ “Rolling  Stones” – поближе. Когда «Камни» еще только начали катиться, то уже определили свой главный принцип и основное убеждение в том, что никому не нравится, когда ему указывают, что делать, — и особенно тинейджерам. «Роллинги» стали дерзкими отступниками – олицетворением извечного противостояния «отцов и детей», основоположниками новой философской школы под девизом «Это моя жизнь, и я буду делать то, что хочу».  Но сейчас некоторые критики высказывают убеждение, что этот огромный социальный барьер между старшим поколением и “Stones” может быть разрушен в том случае, если группа начнет апеллировать к более широким сегментам музыкального рынка – например, начнет снимать художественные фильмы. Но при этом любое позитивное движение внутри коллектива изрядно заслоняется всплесками в национальной прессе шокирующих сообщений о различных происшествиях в их личной жизни – точно в соответствии с политикой их менеджмента о том, что «самые лучшие новости о “Rolling  Stones” – это новости плохие». В то же самое время участники команды высказывают точку зрения на различные аспекты жизни, лишенные каких-либо компромиссов.

         Я начал разговор с Брайаном Джонсом об этих и других материях в баре недалеко от Кенсингтон-Хай-стрит, где он неторопливо потягивал пинту пива “Guinness” и стряхивал сигаретный пепел в нетронутую порцию супа из бычьих хвостов. «С какой стати мы должны идти на компромиссы в плане нашего имиджа ?», — Брайан принимает эффектную позу. – «Ведь никак нельзя предавать забвению всё то, во что ты верил, только из-за того, что ты достиг определенного возраста. Наше поколение взрослеет вместе с нами и верит в то же, что и мы. Последнее фото, где я изображен в нацистской форме – это некая фига в кармане. На самом деле я имел в виду, что эти мои длинные волосы и форма… разве публика не понимает, что это — сатира ? Как кто-то может быть задет данным фото, если я – на его стороне ? Я отнюдь не симпатизирую нацистам…Фотографии, сделанные недавно у меня в квартире, на которых можно увидеть жуткий беспорядок – это еще одна «подстава». Просто одна итальянская кинокомпания снимала фильм в этой комнате, и мы собрали все вещи в один угол, чтобы расчистить место для съемочной группы. Мы даже не имели понятия о том, что фотки, которые они снимали, были предназначены для тутошней газеты. По этому случаю я даже написал жалобу в Совет по делам прессы…»

В этот момент на авансцене появляется мистер Кит Ричард, фатовато одетый  в темно-бордовый замшевый пиджак, футболку с эмблемой Гавайского университета и с оранжевым платком, повязанным на шее. Он извинился, что припозднился, так как забыл о том, что сегодня у его водителя отгул. Итак, видит ли он «Роллингов» идущими на сближение со старшим поколением ? «Нас всё равно не примут за своих, если мы пострижемся, оденем костюмы и скажем: «Гляньте, разве мы не милашки ?» Это уже будем не мы, это неискренне, да и зачем это вообще нужно ?» — риторически вопрошает Кит.

Кто же сейчас является фанами “Stones” ? Брайан неохотно описывает одну поклонницу из «бывших»: «Маргарет Стоукс была нашей фаншей три года назад, но потом слиняла… Сейчас она наверняка замужем, с одним ребенком и вторым в проекте. Она с  мужем ходит в те же пабы, что и их родители, и наверняка уже пресытилась своей однообразной жизнью. Но наши настоящие последователи изменились вместе с нами. Те, которых мы любим больше остальных – это нью-йоркские хиппи, и почти все они имеют такой же образ мыслей, что и мы. Они подвергают сомнению некоторые из основных аморальных проявлений современного общества – войну во Вьетнаме, порицание гомосексуалистов, нелегальные аборты, прием наркотиков. Наши друзья пытаются оспорить слепое следование религиозным постулатам, сочетающееся с полным пренебрежением таких случаев, как НЛО, которые лично мне кажутся более реальными, чем Библейские чудеса. Мы считаем, что нет эволюции без революции. Я понимаю, что мир полон несправедливости: например, разница между богатыми и рядовыми гражданами — это очень неправильно.  Я знаю, что зарабатываю очень много, но я еще молод, и внутри меня еще сидит нечто злорадное, что заставляет держаться за то, чего я добился. Мы вступаем в новый век идей и свершений. Близится начало Эры Водолея, и грядет настоящая революция в мыслях и привычках молодежи».

Возвратиться к разговору о поп-музыке после столь возвышенных прений стало довольно нелегко, и моя случайная ремарка о свадьбе Джина Питни вызвала у Брайана лишь возмущение: «Весь вечер ты стремишься свести наш разговор до этих ничтожных тем!» Затем мы в диалоговой форме немного перетерли убийство президента Кеннеди – еще один вопрос, на который у мистера Джонса было весьма определенное мнение. Но потом мы плавно отклонились и от этой темы, пока не зашел разговор о том, кто или что сейчас следует за “Rolling  Stones”. «Мне бы хотелось сходить на “The  Move”, — выразил надежду Брайан. -  Они реально воплощают наши идеи о разрушении устоев – разбивают на сцене телевизоры, автомобили и т.д., и всё это – часть неудовлетворенности этими самыми устоями. Тенденция Пита Таунзенда к разбитию гитар  - это физическая репродукция того, что происходит в его душе; я бы хотел, чтобы он написал об этом книгу!»

Наше несколько взбудораженное интервью закруглилось замечанием Брайана о том, что версия «Болеро» Равеля в исполнении эстрадного оркестра – это идеальный финал нашей беседы, и мы в конце концов покинули ресторан:  мистер Джонс – на своем «Роллсе», мистер Ричард– на замызганном красном спортивном авто своей подружки, а я – на такси. Да, этих “Rolling  Stones” не изменит ничего – кроме, возможно, самой старости!

Добавить комментарий